VSD №2057 | Франция | 26 января 2017

ΈλεναPress

“Я живу напротив Елисейского дворца, и это хаос”

4
0
Michel Slomka
http://www.vsd.fr/loisirs/interview-patricia-kaas-j-habite-en-face-de-l-elysee-et-c-est-le-bordel-19704
2
0
Michel Slomka
http://www.legossip.net/patricia-kaas-voisine-de-francois-hollande-cest-bordel-cest-horrible/284443/
Фото : Michel Slomka для VSD

В 50 лет певица представляет новый альбом. Это интервью – возможность услышать откровения про ее маму, burn-out, детскую мечту и знаменитое соседство.

Когда она только появилась со своим сильным немецким акцентом, то тут же стала для нас Марлен из Форбаха, маленькой насмешницей из угольного бассейна с блюзовыми нотками в голосе. 30 лет спустя Патрисия Каас не сильно изменилась: бледная андрогинная блондинка, тёплая, но не очень веселая. Всегда гиперусердная в работе. Мы встретились с ней в Париже во время её подготовки к гастролям в поддержку нового альбома.

VSD: Вы сказали 20 лет назад: «Я не хочу сказать себе в 45 лет: “Ой, я забыла родить детей” » Что вы думаете об этом сейчас?

По меньшей мере, я сейчас это принимаю, потому что 2-3 года назад у меня было что-то вроде burn-out (синдром эмоционального выгорания). Я видела вокруг себя красивую обертку, но не знала, что внутри, задавалась вопросами о своей жизни. Теперь я стала спокойнее, расслабленнее, это облегчает мне существование. Я посвятила всю жизнь своей страсти, но избегала некоторых вещей. Сегодня я научилась говорить “нет”. Я хочу сделать турне из 175 дат, потому что я обожаю это, я обожаю контакт с людьми. 175 дат, да, но не за год. Я хочу иметь время для себя. Мой burn-out помог преодолеть этот этап, понять, что у нас есть жизнь вне работы. Что касается детей: наверно я не была готова, может это меня пугало.

Что послужило причиной Вашего burn-out’а?

Несколько вещей сразу. Автобиография вышла незадолго до роли в телефильме “Убитая”, где я играла мать, которая пытается понять, почему убили её дочь. Я много страдала, потому что полностью погрузилась в персонажа, но ведь я не актриса… Потом умерла моя собачка, которая повсюду меня сопровождала. Комочек шерсти, который разве что не говорил. Наверно есть люди, которые скажут: “Она рассказывает нам о своей собаке, но нам плевать!”. Мне всё равно. Текила ушла во время турне “Каас поет Пиаф”. Я как солдат довела турне до конца. Вернувшись домой, я поставила чемоданы, оглядела свою квартиру, и тут меня накрыло. Вдруг не хочется ничего. Больше ничто не интересует, вы постоянно плачете, вы не едите.

Возникали мысли о самоубийстве?

Один из моих братьев закончил жизнь таким образом, и я всегда говорила себе: “Ты не можешь вот так оставить людей, которые рядом с тобой”. У меня не было ребенка, у меня не было ничего. Я спрашивала себя: “Зачем нужна моя жизнь?” Но это длилось недолго. Это вовсе не моё обычное состояние.

В документальном фильме, недавно показанном на France 3, Ален Делон задает вам вопрос: “Не были ли Вы потеряны?”

Когда тебе не хватает уверенности в себе, это сложно. Когда я приехала из Форбака, люди замечали мой акцент и нехватку культуры, это было сложно. Я не пыталась им угодить, я лишь хотела петь. Также было тяжело из-за привязанности к моей маме, которая умерла, когда Mademoiselle chante le blues только вышла. Траур я заменила работой. И так как публика дарила мне некоторое утешение, я его приняла. Сегодня я бы сказала, что траур надо пережить, дать себе время, не пытаться сбежать. Теперь по прошествии времени, я осознаю, что подавила горе в себе, а надо было дать ему возможность выйти. Была ли я потерянной? Возможно. После альбома Кабаре, я хотела преодолеть нехватку уверенности в себе. Проект песен Пиаф появился вовремя. Я была опустошена, и не смогла бы сделать что-то другое. Это была не моя идея, а моего окружения, и я не смогла сказать “нет”.

Когда умерла Ваша мама, Вы тут же уехали в турне.

Да, я хотела сбежать. Люди мне говорили: “Невероятно то, что ты переживаешь!” Но они не знали, что я действительно чувствовала тогда. Вначале я боролась, потому что знала, что мамы скоро не станет. Если бы она не была больна, вряд ли бы я проявила такую волю. Я очень хотела показать ей, что у меня получилось.

В новом альбоме много красивых песен. Одна из них – “Le refuge” касается темы гомосексуальности. Для Вас это логичный выбор, ведь Вы – настоящая гей-икона.

Я за однополые браки. Конечно, на этот счёт есть разные мнения, но почему, если два любящих друг друга челоовека, не могут пожениться? У них такие же права. Если они живут вместе, и один умирает, почему второй не может иметь те же права, что и традиционные пары? Двое из моих братьев живут с мужчинами. Le refuge – это ассоциация, о которой я узнала благодаря Jenifer, являющейся её “крестной”. Я сказала себе: “Не может быть! Неужели до сих пор существуют родители, которые выгоняют своего ребенка из-за его нетрадиционной ориентации? Они же родные люди! Я не понимаю этого.”

Вы живете напротив Елисейского дворца.

Это хаос. Это ужасно, теперь здесь ничего нельзя делать, ни свободно передвигаться, и парковаться только за заграждениями. С тех пор, как перекрыли улицу Faubourg-Saint-Honoré, я нахожусь под чрезмерной защитой. Такси сюда не пускают. Да, я еще могу донести мой чемодан, но это всё же тяжело. И после 20:00 они закрывают заграждения, что даже пешеходы не могут пройти. Если ты приглашаешь кого-то в гости, не оставив имя на входе, его не пропустят. Я всё понимаю, но это частная жизнь, не хочется чтобы все знали, кто к тебе приходит и уходит. Так как я известная личность, люди начинают сплетничать. Иногда я ругаюсь с полицией. Я спрашиваю: “Ну что может произойти?” Квартал стал почти безжизненным. Но это конечно не причина, по которой я не буду голосовать. Я знаю, что нехорошо, но я не пойду голосовать.

Интервью: Christian Eudeline
Перевод: Олеся Гущина

“J’habite en face de l’Elysée et c’est le bordel”

4
0
Michel Slomka
http://www.vsd.fr/loisirs/interview-patricia-kaas-j-habite-en-face-de-l-elysee-et-c-est-le-bordel-19704
2
0
Michel Slomka
http://www.legossip.net/patricia-kaas-voisine-de-francois-hollande-cest-bordel-cest-horrible/284443/
Crédit photo : Michel Slomka pour VSD

A tout juste 50 ans, la chanteuse défend un nouvel album. L’occasion de recueillir ses confidences sur sa mère, son burn-out, son désir d’enfant et son fameux voisinage.

Lorsqu’elle déboula avec son accent à couper au couteau, on en fit illico notre petite Marlene de Forbach, une gouailleuse bluesy du bassin houiller. Trente ans plus tard, Patricia Kaas n’a pas vraiment changé : blonde, pâle, androgyne, chaleureuse et pas toujours très gaie. Mais toujours dure à la tâche et comme résignée. On l’a rencontrée en bord de Seine alors qu’elle s’apprêtait à repartir sur les routes défendre un nouvel album*.

VSD. Vous m’aviez dit, il y a vingt ans : « Je ne veux pas finir à 45 ans et me dire : “Tiens, j’ai oublié de vivre, j’ai oublié de faire des enfants.” » Qu’est-ce que ça vous inspire maintenant qu’on y est ?

Au moins aurai-je tenu bon, parce qu’il y a deux ou trois ans, j’ai eu une espèce de burn-out. Je voyais autour de moi une belle boîte mais je ne savais pas trop ce qu’il y avait dedans et je me suis posé des questions sur ma vie. Depuis, je suis beaucoup plus sereine, plus zen, plus détendue, ça me facilite l’existence. J’ai donné toute ma vie – sans regret – à ma -passion et j’ai fui des choses. Aujourd’hui, j’ai appris à dire non. Je veux bien, par exemple, faire une tournée de cent soixante-dix dates, parce que j’adore ça, j’adore le contact avec les gens. Cent soixante-dix dates, oui, mais pas en un an. Je veux aussi avoir des moments pour moi. Mon burn-out m’a aidée à dépasser cette étape, à réaliser qu’on avait aussi une vie en dehors de ce métier. Après, pour les enfants… Peut-être que je n’étais pas prête, peut-être que ça me faisait peur.

Quel a été le déclencheur de ce burn-out?

C’est un ensemble. Une autobiographie (L’Ombre de ma voix) est parue peu de temps avant que je tienne un rôle difficile dans un téléfilm, Assassinée. Je jouais une maman qui essaie de comprendre pourquoi sa fille a été tuée. J’ai beaucoup souffert car je me suis glissée dans ce personnage sans filet – je ne suis pas -actrice. Après, il y a eu la disparition de ce petit chien qui m’accompagnait partout, Tequila. Une petit boule de poils à laquelle il ne manquait que la parole. Il y a peut-être des gens qui se disent : « Elle nous parle de son chien ; on s’en fout ! » Mais je les emmerde. Tequila est partie avant la fin de la tournée « Kaas chante Piaf ». Comme un petit soldat je suis allée au bout de la tournée, mais quand je suis rentrée, j’ai posé mes valises, j’ai regardé mon appartement et là j’ai vraiment plongé. Tout d’un coup, vous n’avez plus envie de rien. Plus rien ne vous intéresse, vous pleurez tout le temps, vous ne mangez plus.

Envie de suicide?

J’ai un frère qui est parti de cette façon, et je me suis toujours dit : « Tu ne peux pas laisser les gens comme ça derrière toi. » Je n’avais pas d’enfant, je n’avais rien. Par moments je me disais : « À quoi ça sert, la vie ? » Mais ça n’a pas duré longtemps. Ce n’est pas du tout mon état d’esprit.

Dans le documentaire diffusé sur France 3, Alain Delon vous pose une question : « Ne vous êtes-vous pas perdue, à un moment ? »

Quand tu as un manque de confiance, c’est difficile. Quand j’ai débarqué de Forbach et que tout le monde remarquait mon accent allemand et mon manque de culture, c’était difficile. Il y a une sorte d’autoprotection qui s’installe. Moi j’ai pas cherché tout ça, je voulais juste chanter. C’était aussi difficile, parce que j’étais très fille à maman et qu’elle est partie au moment où Mademoiselle chante le blues est sorti. Je pense que le deuil, je l’ai remplacé par le travail. Et comme le public m’a donné un certain réconfort, je l’ai accepté. Aujourd’hui je vous dirais qu’il faut faire le deuil, qu’il faut prendre le temps, surtout ne pas repousser. Maintenant que la vie passe, je me rends compte que c’était enfoui et qu’à un moment il faut que ça sorte. Après, est-ce que je me suis perdue ? Peut-être. Quand j’ai fait l’abum Kabaret, j’avais envie de me surpasser à cause de ce manque de confiance, et l’hommage à Édith Piaf qui a suivi est tombé au bon moment. J’étais vidée et je n’aurais pas su faire autre chose. Ce n’était pas mon idée, mais celle de mon entourage, et je n’ai pas su dire non.

Quand votre mère est morte, vous êtes immédiatement partie en tournée.

Oui, c’était fuir, fuir, fuir… Les gens me disaient : « C’est incroyable ce que tu vis » mais ils ne savaient pas ce que j’endurais. Au début je me suis battue parce que je savais que maman n’en avait plus pour longtemps. Si elle n’avait pas été malade, je n’aurais pas déployé la même volonté. Je voulais absolument lui montrer ça.

Il y a plein de belles chansons sur ce nouvel album, dont une, Le Refuge, aborde l’homosexualité. Naturel pour l’icône gay que vous êtes.

Je suis pour le mariage gay, et peut-être qu’il y a des avis différents là-dessus, mais pourquoi deux hommes qui s’aiment ne pourraient-ils pas se marier ? Ils ont les mêmes droits. S’ils vivent ensemble et qu’il y en a un qui part, pourquoi l’autre n’aurait pas les mêmes droits qu’un couple ? J’ai deux frères qui vivent avec des garçons. Le Refuge est une association que j’ai connue par Jenifer, qui en est la marraine. Je me disais : « Mais c’est pas vrai ! Ça existe encore des parents qui rejettent leur gamin ou leur gamine parce qu’ils sont homos ? » Mais merde, c’est leur sang ! Je ne comprends pas.

Vous habitez en face de l’Élysée.

Oui et c’est le bordel. C’est horrible, on ne peut plus rien faire, on ne peut plus -bouger, on est parqués derrière des barrières, je suis surprotégée depuis qu’ils ont fermé la rue du Faubourg-Saint-Honoré. Les taxis ne passent pas. Bon, je peux encore porter ma valise mais c’est quand même pénible. Et, à partir de 20 heures, lorsqu’ils ferment les barrières, même les piétons ne passent plus. Donc, quand tu invites quelqu’un à boire un verre, si tu ne laisses pas les noms en bas, personne ne passe. Et je suis désolée, mais c’est ton intimité. T’as pas envie que tout le monde sache qui vient et part de chez toi. Comme en plus je suis une personnalité, les gens jasent. Parfois, je discute avec les policiers, je leur demande : « Mais qu’est-ce qu’il peut arriver ? » C’est devenu invivable. Bon, ce n’est pas la raison pour laquelle je n’irai pas voter. Je sais que ce n’est pas bien, mais non, je n’irai pas voter.

Recueilli par Christian Eudeline

*« Patricia Kaas », Warner Music. En tournée française jusqu’au 1er avril, puis en Europe jusqu’au 13 juin. patriciakaas.net

Pour lire l’intégralité de cette interview, voir le VSD n° 2057, disponible en kiosques.

Источники:
VSD
Patricia Kaas Collection Presse Media TV